Не просто строка в биографии…

Авария, произошедшая в 1986 году на Чернобыльской АЭС, стала крупнейшей техногенной катастрофой в истории человечества. Специалисты различных отраслей были направлены на ликвидацию последствий трагедии. В их числе и заместитель начальника стрелковой команды на станции Жлобин Сергей Лазаренко.

В 1986 году он служил командиром отделения военизированной пожарной части № 40 по охране Белорусского металлургического завода. 4 мая прибыл в городской поселок Комарин, расположенный вблизи 30-километровой зоны отчуждения. Вместе с коллегами Сергей Владимирович тушил торфяники в населенных пунктах Брагинского района, патрулировал лесополосы, расположенные вдоль автодорог, чтобы оперативно ликвидировать очаги возгорания и не допустить продвижение огня вглубь массивов.
– В те дни была жаркая погода – доходило до +300С. А температура горения торфа, которого на поверхности иногда даже не видно, исчисляется сотнями градусов, – рассказывает собеседник. – Даже тысячи литров воды, залитых в недра, не гарантировали успех. Иногда победа над огнем оказывалась иллюзией. Стоило подняться ветру, торфяники разгорались с новой силой…
Работали почти круглые сутки. Напряжения добавляла и чрезвычайная ситуация, при которой не было полной информации о радиоактивном загрязнении. Радиация не ощущалась, не имела запаха и вкуса.
– Носили одну и ту же форму. Воду для тушений брали из местных водоемов и прудов, ею же мыли и машины, – вспоминает собеседник. – Тогда никто не говорил, что тяжело или опасно. Все понимали, что это наш долг и ответственно выполняли свою работу. Для нас самой главной угрозой на тот момент были лесные пожары. А вот местное население оказалось очень напуганным.
В основном от неизвестности, непонимания, что происходит. Когда они впервые нас увидели в защитных костюмах, то запаниковали, разбежались.
Чтобы успокоить людей, пришлось снять «амуницию» и выполнять свое задание в обычной форме. Всю серьезность случившейся беды мы осознали гораздо позже.
Сергей Владимирович признается, что особенно сильное впечатление на него произвели моменты эвакуации людей. В первую очередь увозили жителей деревень, расположенных максимально близко к эпицентру взрыва. С собой в дорогу им разрешалось брать документы и деньги. Но в спешке многие забывали и это.
– Становилось не по себе, когда мы проезжали через опустевшие в одночасье деревни. И таких было много: до аварии только в белорусской зоне отчуждения было зарегистрировано 92 населенных пункта, – рассказывает Сергей Лазаренко. – Мы словно оказывались на другой планете. На улицах – ни одного человека, только пустые окна брошенных домов, оставленная сельскохозяйственная техника на полях. Во дворах сушилось постиранное белье, по улицам без присмотра бродили домашние животные, на столах – посуда с остатками пасхальных блюд. Праздник тогда выпал на 4 мая. Люди были уверены, что вернутся в свои дома буквально через несколько дней, в худшем случае – месяцев. И многие жители из числа отселенных первое время пытались попасть за ограждение, чтобы подоить корову, прополоть свои грядки.
Сергея Лазаренко и его коллег 9 мая 1986 года сменили другие расчеты пожарных бригад, присылаемых из разных регионов Беларуси. После возвращения он продолжил службу в ВПЧ № 40 Жлобина. Нелегкой профессии спасателя он посвятил 18 лет. Уйдя в запас в звании капитана МЧС, в 2004-м перешел в Военизированную охрану Белорусской железной дороги.
За выполнение ответственных заданий Сергей Владимирович отмечен нагрудным знаком «Участнику ликвидации последствий аварии на ЧАЭС», благодарственными письмами, юбилейной медалью. Бережно хранит дома и трудовые награды, в том числе знак «Выдатнік Беларускай чыгункі».
Пять дней той драматичной командировки Сергей Владимирович вспоминает неохотно… Многих его товарищей, которые участвовали в ликвидации последствий аварии, уже нет в живых. Среди них – земляк и коллега Петр Бобков.
В 1986-м он был заместителем начальника ВПЧ № 40 и находился в зоне 1,5 месяца. Не дожив до 40-летия двух недель, мужчина умер от тяжелого заболевания.
Накануне скорбной даты Сергей Владимирович старается встретиться с земляками-ликвидаторами, среди которых немало и представителей стальной магистрали.
– Для молодого поколения авария на ЧАЭС – факт из истории, – отмечает собеседник. – Но мы, ликвидаторы, всегда будем помнить эту страшную дату. И желать, чтобы на нашей земле такое никогда не повторилось.

Лидия СЕРГЕЕВА

Яндекс.Метрика