Май
Вт
17
2022

Долг каждого

Своего прадеда Владимира Ивановича я никогда не видел. Его не стало в мае 1944-го, когда до освобождения Беларуси оставались считанные месяцы. Как и мой дед Михаил, он был партизаном, но не смог спастись, встретив смерть от рук палачей.

Подробности произошедшего я узнал всего несколько лет назад – этой темы в нашей семье старались избегать. А помогла публикация в газете «Жодзiнскiя навiны» в мае 2014 года. Ее подготовила Лилия Алехнович. Вот фрагменты статьи: «Об этой трагедии никто никогда не писал со времен войны. Я хочу рассказать людям, как зверствовали фашисты на нашей земле, как героически гибли мои земляки, защищая Родину», – с такими словами обратился в редакцию житель нашего города Михаил Евгеньевич Цегалко. Он родился в деревне Ручье Вилейского района. В мае 1944 года ему было всего десять лет.
Вот его воспоминания:
«Рано утром 20 мая двое партизан из отряда имени Кутузова заминировали дорогу между деревнями Ручье и Мильча. Часов в 11-12 со стороны Мильчи показался немецкий обоз, для которого партизаны и приготовили «сюрприз». Но вражеская разведка заметила мины и их обошла. Вскоре деревня была окружена, а затем занята фашистами. Многие жители уйти в лес не успели. Немцы по-хозяйски расположились в лучших хатах. Наш дом отдали под вражеский штаб, а потому меня, брата и бабушку – Юлию Романовну Цегалко, выгнали в пристройку. Здесь мы и жили до освобождения.
Во дворе дома Цегалко стояли три машины, две были загружены боеприпасами. Немцы провели телефон и стали рыть окопы. На окраине деревни установили несколько артиллерийских пушек и десяток пулеметов. Позиция на возвышенности получилась удачная: отсюда был хороший обзор для артобстрела деревень Поповцы, Саковичи, других населенных пунктов, где по данным вражеской разведки, дислоцировались партизаны. Было видно, что захватчики готовятся к наступлению.
Наладив переправу через реку Вилия (между деревнями Мильча и Поповцы), немцы перешли в наступление на партизан. Так здесь началась блокада 1944 года. Кроме военных действий фашисты ежедневно привозили на машинах скот, резали его, доставляли на станцию и отправляли на запад. А однажды под вечер привезли пленных партизан.
Мы с братом в этот день рано уснули на печи и остались незамеченными. Бабушку просто выгнали из дома. Ночью мы проснулись от крика – допрашивали одного из партизан. Мы сидели тихо и не шевелились, но глаз не могли оторвать от происходящего. Партизана били очень сильно, допрос шел долго. Спрашивали об отряде и командирах. Кроме того, что пленный оказался жителем деревни Саковичи, немцы ничего не узнали. Наутро пытали остальных партизан, но этого мы уже не видели: удалось выскользнуть, пока все спали. Моя тетка Татьяна Антоновна, которую немцы заставили мыть пол, рассказала, что вся комната была залита кровью».
22 мая Михаил Евгеньевич не забудет никогда – фашисты подожгли баню, в котором заперли партизан. Спастись из этого пекла было невозможно. Для верности вражеские солдаты забросали постройку гранатами.
«Когда немцы покинули деревню, мы подошли к догорающей бане, думали, а вдруг… Когда увидели обгоревшие тела, очень испугались и убежали, – вспоминает очевидец. – Вскоре в эти места пришла Красная армия, отбросив вражеские соединения на запад. Напуганные люди потихоньку выходили из леса. На пепелище возле бани собрались все, кто выжил, и стали рыть могилу для сожженных партизан. Чтобы родственники опознали погибших, люди оставляли возле каждой могилы части обгоревшей одежды. Среди тел обнаружили и Марию. В Ручье потянулись жители окрестных деревень, чтобы опознать своих. Опознали всех, кроме Марии… Уже после войны Мильчанским сельским Советом был установлен памятник в честь погибших партизан. На граните выведены имена защитников Родины: Петр Аксючиц – 51 год, Владимир Клус – 45 лет, Владимир Аксючиц – 42 года, Константин Кизина – 32 года, Василий Лобань – 30 лет. Шестая в этом списке – неизвестная партизанка Мария».
В том же 2014 году я впервые увидел памятник, на котором среди прочих отмечены имя и фамилия прадеда. Удалось пообщаться и с Михаилом Цегалко – узнать подробности тех страшных событий из первых уст. К сожалению, спустя пять лет не стало и его. Мой дед Михаил рассказывал, что многие партизаны оказались в плену из-за предательства. Ему самому, к счастью, удалось спастись.
В год моего рождения – 1978-й – прадеду исполнилось бы 79 лет. В его честь назвали моего отца – старшего сына деда. Увы, уже не осталось никого, кто бы мог что-то еще рассказать о Владимире Ивановиче. Но есть архивы, в том числе оцифрованные, различные документы, которые помогают пролить свет на биографию героев той войны. Благодаря этому уже удалось многое узнать, в частности, изучить данные о нескольких поколений нашей семьи – вплоть до первой половины XIX века.
…Исследовательская работа продолжается. Не прекращать поиски, отдавая дань уважения павшим, – долг потомков, каждого из нас.

Дмитрий КЛУС,
заместитель главного редактора

Яндекс.Метрика