Июнь
Вт
18
2024

Идти вслед за солнцем!

Истории защитников Отечества в год 80-летия освобождения Беларуси от немецко-фашистских захватчиков приобретают особую значимость и актуальность. Высочайший уровень нравственности и патриотизма поколения, прошедшего через испытания страшной, жестокой войны, заслуживает уважения и почитания. Железнодорожники Белорусской магистрали бережно хранят память о героическом прошлом своих близких и родных – тех, кто прошел через огненное горнило тех лет.

Библиотекарь Дорожного центра по подготовке, переподготовке и повышению квалификации кадров Белорусской железной дороги Анна Казаченко на встречу с журналистом принесла самое дорогое – личные вещи дедушки Константина Казаченко. На подушечке из красного бархата аккуратно закреплены боевые награды: медали «За оборону Сталинграда», «За боевые заслуги», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.», орден Отечественной войны II степени. Это летопись в металле фронтового пути бесстрашного белоруса. В небольшой шкатулке хранятся также наградные листы и выписка о присвоении персональных званий, военный билет и семейная реликвия – единственная фронтовая фотография.

На обороте надпись: «Любимой маме и братику»

На потертом и пожелтевшем от времени снимке запечатлен 20-летний Константин во время службы в армии весной 1941-го. На столе перед ним лежит раскрытая тетрадь. Искренний и немного смущенный взгляд молодого человека устремлен в сторону от фотокамеры. Курсант внимательно слушает преподавателя и, наверное, как и любой солдат, мечтает поскорее получить увольнительную и съездить домой. В деревне Красное (8 км от Гомеля) его ждала мама Акулина Петровна и младший брат Василий. Отца Константин потерял еще в раннем детстве. Когда мальчику было 3 года, глава семьи Иван Максимович трагически погиб от шальной бандитской пули, которая настигла его на крыльце собственного дома.
– В момент, когда было сделано это фото, мой дед даже предположить не мог, что встретится с родными нескоро. В армию его призвали осенью 1940-го. Так как он после восьми классов получил профессионально-техническое образование (отучился на слесаря), его направили в школу младших авиаспециалистов, где он изучал авиационную технику, основные правила ее эксплуатации и ремонта. Научился перкаль клеить и тросы заплетать (перкаль – полотно, которым обклеивали поверхности самолета. – Прим. автора). После окончания «учебки» в мае 1941-го сержанта Казаченко зачислили мастером механики и техники по авиавооружению в 243-й штурмовой авиаполк, – рассказывает Анна Александровна. – С первых дней Великой Отечественной Константин был на передовой. Обслуживание военной техники он считал не менее важным делом в победе над немцами. В воздух самолеты поднимались по несколько раз в сутки. Заправка маслом, бензином – все вручную. А еще нужно было подвесить новые снаряды. И нередко такие манипуляции приходилось проводить под обстрелом противника, когда бой велся в небе над аэродромом. Зачастую машины возвращались как решето, а утром они должны быть снова готовы к полету. И хорошо, когда есть нужные запчасти и узлы для ремонта техники. Нет деталей? Изобретали из подручных средств. Как говорится, «голь на выдумку хитра». Дед часто повторял, что «только смекалка, находчивость и отвага немца победили». Это действительно так. Часто авиаполкам приходилось перебазироваться с места на место. Самолеты улетали, а технический персонал добирался до нового места дислокации своим ходом. Во время одного из таких переездов дед с сослуживцами попал в окружение и долго выходил к своим. Это было уже в Беларуси, незадолго до Гомельско-Речицкой наступательной операции.

«На Берлин!»

Летчики 243-го штурмового авиаполка, где служил Константин Казаченко, в начале войны были на Северо-Западном фронте. С марта 1942-го их перебросили на Юго-Запад. За отвагу, стойкость, мужество и героизм, проявленные при разгроме фашистских войск под Сталинградом авиаполк был преобразован в 78-й гвардейский штурмовой авиаполк. Его подразделения принимали участие в освобождении Беларуси, в частности, в Калинковичско-Мозырской и Рогачевско-Жлобинской операциях. Летчики-истребители бесстрашно дрались с врагом и в небе над Бобруйском, Минском, Барановичами. После «белорусского» периода авиаполк перебросили в Люблин. «Красные ястребы» наносили мощные штурмовые удары по фортификационным объектам противника и железнодорожным узлам, опоясывающим Варшаву, надежно прикрывали наступление и переправу советских войск через Вислу.
О легендарном боевом пути 78-го авиаполка, где служил Константин Казаченко, его внуки знают не только из книг или музейных экспозиций. В семейном архиве хранится справка, в которой сказано, что Приказом Верховного Главнокомандующего Маршала Советского Союза товарища Сталина от 2 мая 1945 года № 359 за овладение городом Берлин гвардии-сержанту Казаченко объявлена благодарность. А на обороте командиром части гвардии-майором Барило дописано: «Товарищ Казаченко К. И., вам объявлена благодарность за овладение городами Варшава (17.01.1945 г.), Лодзь (19.01.1945 г.), Познань (23.02.1945 г.), за окружение Берлина (24.04.1945 г.), за овладение городами Ратенов и Потсдам (27.04.1945 г.), Бранденбург (01.05.1945 г.)». В семейном архиве Казаченко есть еще один не менее важный документ, где сказано: «Наградить медалью «За боевые заслуги» мастера авиавооружения, гвардии-сержанта Казаченко, обслужившего с начала Великой Отечественной войны по февраль 1944 года 750 боевых вылетов».

Под грифом «Совершенно секретно»

После окончания войны Константин Иванович еще год служил на аэродроме, базировавшемся в Германии. Демобилизовался 5 июня 1946-го, вернулся на Родину и устроился фельдъегерем Гомельского областного отдела спецсвязи. Его работники занимались перевозкой драгоценных металлов и больших денежных сумм, а также доставляли секретную и совершенно секретную корреспонденцию от всех ведомств города. Структура военная, и дисциплина соответствующая. Фельдъегери носили форменную одежду и оружие. Ежегодно сдавали нормативы по стрельбе.
– О своей работе, сами понимаете, дедушка особо не говорил. Когда уже был на пенсии, рассказал случай, который меня сильно поразил, – отмечает Анна Александровна. – Его коллега привез в отдел важную документацию. Каким-то образом одно письмо слетело со стола и завалилось в щель между половицами. Бумагу тогда не нашли, и мужчину осудили. Только спустя много лет, когда делали ремонт в помещении и разбирали настил, обнаружили документ. А человек все это время просидел в тюрьме за потерю секретной информации.
В 1967-м Константина Казаченко повысили в звании и назначили фельдъегерем специальных поручений отдела связи. Через 10 лет по здоровью он перевелся столяром на Гомельский почтамт. За успешное выполнение заданий по перевозке спецдокументов и за победы в соцсоревнованиях он отмечен благодарностями организации, его фотография была занесена на Доску почета.

Резчик-виртуоз

В городе над Сожем Константин Казаченко встретил свою единственную и любимую Анастасию Федоровну. Молодые люди мечтали о большой семье, так поочередно на свет появились Александр, Людмила и Константин. Жили недалеко от станции Гомель-Северный. Глава семьи самостоятельно построил просторный дом, заложил большой сад и облагородил территорию вокруг.
От отца Константину Ивановичу передался талант резчика по дереву, как говорили в народе, он был краснодеревщиком, с материалом работал, как «кружева плел». За что бы ни брался – ставни, мебель, палисадники или декор для фасада – все получалось красиво и искусно. И очередь к местному умельцу за изделиями всегда была. А за его резной посудой даже из соседних деревень приезжали.
– А какие он детские игрушки делал! И не традиционные деревянные коники и уточки-каталки на палочке, а замысловатые, оригинальные, механические… У деда были золотые руки. Он отличался исключительным трудолюбием и до 82 лет работал на огороде, был светлым, солнечным человеком, любил жизнь, – с восхищением говорит о родном человеке Анна Казаченко. – Также был талантливым инженером-самоучкой. Сам собрал трактор. Прекрасно разбирался в автотехнике. А по городу ездил на мотоцикле Harley-Davidson, который пригнал из Германии после войны. На то время такой трофей был посерьезнее, чем сейчас самая современная иномарка (улыбается собеседница). Любой процесс дед старался автоматизировать, упростить. Например, придумал прототип современным дверным доводчикам – калитка сама закрывалась за выходящим человеком. Для всех такое приспособление было в диковинку. Дедовы изобретения рождались не столько из научных знаний, сколько из собственных представлений. Так, он мечтал, чтобы в окна его спальни всегда светило солнце. Даже разработал чертежи, придумал и сделал эскизы приспособлений, которые в определенное время поворачивали бы фундамент дома(!) за солнцем, просчитал все детали. Это при том, что дед не имел высшего технического образования. Правда, в сохранившемся свидетельстве об окончании неполной средней школы в графе оценок напротив предметов «математика», «труд» и «черчение» написано «очень хорошо». Думаю, еще в детстве у него были задатки к техническому творчеству. Но, к сожалению, главную идею воплотить в жизнь он не успел.

«И поет мне в землянке гармонь…»

Анна Казаченко протягивает несколько школьных листков в клетку, исписанных мелким каллиграфическим почерком. На них записаны тексты любимых песен Константина Ивановича и аккордов к ним. «Ваше благородие» из фильма «Белое солнце пустыни», «Диалог у телевизора» Владимира Высоцкого, «Виноградная косточка» Булата Окуджавы и многие другие.
– Во время войны дед был сильно ранен, потерял одно легкое. Но несмотря на это, очень любил петь и самостоятельно научился играть на аккордеоне. Мне очень нравилось, как он проникновенно исполнял «Виноградную косточку». И сегодня она в числе моих любимых. Автор заключил в песне глубокий смысл, метафору жизни с тремя возрастами: виноградная косточка – лоза – спелая гроздь. Такие красивые стихи и музыка, – отмечает собеседница. – Каждый год 9 Мая дедушка надевал пиджак с орденами, медалями и шел на парад, отметить годовщину Победы и почтить память погибших друзей-однополчан. А вечером собирался с соседями-фронтовиками в нашем дворе под старой яблоней за праздничным столом. О войне мужчины говорили мало, даже когда мы, дети, просили. В основном пели военные песни. По традиции первой затягивали «Землянку». Дед особенно ее любил, пел с чувством. А мы, внуки и соседские ребята, слушали, затаив дыхание. Знаете, когда звучат военные песни, я расстраиваюсь. Страшное было время. А те, кто выжил, – просто герои! Моему деду тоже повезло – с войны вернулся живым. Но, представьте, всегда очень боялся грома, напоминавшего ему артиллерийскую канонаду. Я порой думаю, столько гениев, талантливых ученых, писателей, врачей легло в землю, сколько полезного и нужного они могли бы сделать, если бы не проклятая война. Вечная память павшим героям, слава ветеранам Великой Отечественной! И низкий поклон…

Лидия СЕРГЕЕВА

Яндекс.Метрика